Британские следователи десять лет проверяли казахстанскую горнодобывающую компанию ENRC, но так и не предъявили ей обвинений. А затем выяснилось, что серьёзные нарушения допустили сами сотрудники британского ведомства. Это установил Высокий суд Лондона, а в сентябре 2026 года признало и Serious Fraud Office (SFO) — служба, которая вела расследование.
Компания с казахстанскими корнями годами защищала своё имя в судах. Её представители говорят об огромном ущербе для бизнеса, казахстанские экономические обозреватели называли судебный исход восстановлением справедливости. Теперь участники спора договорились закрыть дело, но сумму соглашения не раскрыли.
Британское ведомство само признало нарушения
Дело началось в 2013 году. SFO подозревало ENRC во взяточничестве и коррупции при сделках с горнодобывающими активами, в том числе в Демократической Республике Конго. Расследование продолжалось до августа 2023-го. В результате британская служба закрыла его: допустимых доказательств оказалось недостаточно для предъявления уголовных обвинений.
Но на этом история не закончилась. В ходе гражданского спора суд установил, что сотрудники SFO в 2011–2013 годах неправомерно получали информацию от адвоката компании Нила Джеррарда. Более того, суд пришёл к выводу: без этих нарушений расследование ENRC не было бы открыто. Само ведомство подтвердило это в заявлении от 2 сентября 2026 года.
Директор юридической службы SFO Мэттью Уэгстафф, объясняя произошедшее, заявил:
«Мы уверены, что неправомерные действия SFO в 2011–2013 годах больше не могут повториться. Сегодня SFO — принципиально другая организация».
Таким образом, речь не только о претензиях ENRC. Ошибки британской стороны установлены судом и признаны самой следственной службой. При этом закрытие расследования не означает, что суд признал ENRC невиновной по уголовному делу: до уголовного процесса дело вообще не дошло.
Адвокат передавал сведения без разрешения клиента
В этой истории есть ещё одна деталь. ENRC сама наняла юридическую фирму Dechert для внутренней проверки. Но её партнёр Нил Джеррард общался с британскими следователями и передавал сведения, которые не имел права раскрывать без согласия клиента. Суд установил нарушения обязанностей перед ENRC как со стороны Джеррарда, так и со стороны сотрудников SFO.
Майкл Робертс, партнёр Hogan Lovells, представлявший компанию в судебном споре, высказался об этом так:
«Использование правоохранительными органами адвокатов защиты в качестве тайных информаторов против их клиентов незаконно и недопустимо».
Фактически компанию подвёл юрист, которому она доверила внутреннюю проверку, а британское ведомство воспользовалось полученными от него сведениями. Именно эти обстоятельства стали одним из ключевых вопросов в суде.
В Казахстане говорили о несправедливости
Судебное решение 2023 года вызвало отклик и у казахстанских экономических обозревателей. Канал FINANCE.kz, связанный с финансовым аналитиком Андреем Чеботарёвым, сообщил:
«@FINANCEkaz поздравляет ERG с тем, что не закрыли глаза на несправедливость и добивались правды всеми доступными методами!»
Казахстанский экономический проект TENGENOMIKA тоже подробно разобрал решение суда. Авторы отмечали, что десятилетнее расследование «повлекло серьезные репутационные и финансовые последствия для компании».
Обе публикации появились в декабре 2023 года, когда суд вынес один из важнейших вердиктов по делу. Они не были реакцией на соглашение сентября 2026-го, но показывают, как эту историю оценивали в казахстанском информационном поле.
«Кто от этого выиграл?» — вопрос представителя ENRC
Последствия расследования могли не ограничиться расходами на адвокатов. Дмитрий Возианов, отвечавший за судебную стратегию ENRC в спорах с SFO и Dechert, в апреле 2026 года рассказал, как десятилетняя неопределённость, по оценке компании, ударила по её работе.
«Продолжительная неопределённость лишила ENRC доступа к западному банковскому финансированию, необходимому для приобретений и расширения действующих предприятий», — заявил Возианов.
После этого представитель ENRC поднял ещё один вопрос:
«Учитывая очевидные коммерческие последствия, вполне правомерно спросить, кто от этого выиграл, особенно среди биржевых конкурентов ENRC, работающих с такими товарами, как медь и кобальт».
Это слова заинтересованной стороны, а не вывод суда. Возианов не назвал конкретных конкурентов и не привёл доказательств, что они влияли на расследование. Но вопрос о потерянных возможностях компании остаётся важной частью истории.
Цена ошибки британских следователей осталась тайной
ENRC требовала возмещения больших финансовых потерь. В 2026 году компания заявляла, что сумма требований к участникам спора превысила $290 млн. Однако это не размер выплаченной компенсации. 2 сентября ENRC, SFO, Dechert и бывший адвокат компании заключили конфиденциальное соглашение, а сколько и кто в итоге заплатил, публично не сообщили.
Секретность вызвала вопросы даже у британских антикоррупционных экспертов. Хелен Тейлор из организации Spotlight on Corruption написала, что обществу необходимо узнать, во сколько урегулирование обошлось налогоплательщикам. Её вывод звучал просто:
«Предположения не заменяют прозрачности».
В своём материале Тейлор призвала к проверке расходов SFO парламентом. При этом её организация критиковала и судебные действия ENRC против журналистов. Поэтому её позицию нельзя считать поддержкой компании: она требовала прозрачности со всех сторон.
Почему дело ENRC важно для Казахстана
Эта история связана с Казахстаном напрямую. В 2013 году активы ENRC перешли в структуру Eurasian Resources Group (ERG), которая владеет крупными промышленными предприятиями в республике. Согласно данным ERG, 40% акций группы принадлежат фонду «Самрук-Қазына».
Речь, таким образом, не просто о споре иностранной компании с британскими чиновниками. Долгие годы под следствием находился бизнес, связанный с казахстанской промышленностью и государственным акционером. Его представители говорят о потерянном финансировании, а британское ведомство теперь вынуждено объяснять собственные нарушения.
Ранее KZ24.NEWS подробно рассказывал, как проходило расследование и к каким выводам пришёл суд.
Главный итог уже известен: за десять лет SFO не предъявило ENRC уголовных обвинений, а суд установил нарушения самого британского ведомства. В сентябре 2026 года стороны завершили гражданский спор. Сколько стоило закрытое соглашение и как его условия отразятся на группе и её акционерах, пока неизвестно.
Пока нет комментариев — будьте первым.