Суббота, 2 марта, 2024
ДомойСпецпроектыМы помнимШкольница Пиварович Ангелина чтит память о своих родных

Школьница Пиварович Ангелина чтит память о своих родных

Мы очень рады, что наши читатели активно участвуют в акции «Мы помним», которую мы запустили ко Дню Победы. И география участников очень поражает. На этот раз делимся интересной историей ученицы 8 класса Пиварович Ангелины из города Красноярска.

Посвящается моей прабабушке Александре Семёновне и прадедушке Митрофану Григорьевичу

Лишь бы не было войны

Дрова в камине

Холодный осенний вечер.

В камине потрескивают дрова, огненные блики на сером ковре рисуют волшебную мозаику. Бабуля сидит в кресле, сложив руки на коленях, и неотрывно смотрит на пламя, погрузившись в свои мысли.

— Ба, где ты сейчас, о чем ты думаешь?

— Я, девчонки, вот подумала, ведь у нас всё хорошо, тихо, уютно, тепло… Дай Бог, чтобы не было войны…

— Бабуля, расскажи, как это… война

Бабушка поглубже устроилась в кресле, внимательно вглядываясь в наши лица.

— Я вот, золотые мои, чаще всего вспоминаю первый день, как всё началось. Мне всё кажется, что и дед ваш сразу на фронт уехал, но это не совсем так. Я ведь рано замуж вышла, но по своей воле, очень я деда вашего любила, да и по сей день люблю. Спокойный он был, не очень разговорчивый, но надёжный, работящий, всё в дом приносил, дочек баловал, у нас их тогда уже трое подрастало. Начну я ему о своих тревогах говорить, что война идёт, мы тогда радио все слушали и переживали, что в мире делается, а дед мне отвечал категорично: «Не думай даже, Александра, у нас с Германией договор, не посмеют они на такую державу пойти». А я всегда верила. А однажды уехал с раннего утра в райцентр и вернулся поздно, девчушки наши уже спали. И вот, открывается дверь, и входит в дом солдат. Господи, да это же Митрофанушка мой! Красивый, молодой, сильный, уверенный.

Швейная машинка Зингер

— Вот, Александра, подарок тебе. Машинка швейная «Зингер»! Думаю, с ней ты девчонок сумеешь поднять, шить-то ты мастерица. Война пришла, милая, война!

Я как стояла, так и застыла на месте, не чувствуя ни тела, ни своего дыхания. Ко мне часто потом это оглушение приходило: вроде ты живой, а вроде уже и мёртвый…

Я тогда на почте работала, вставала рано, надо было запрячь лошадь и съездить в райцентр, привести долгожданные приветы деревенским. Иногда и пешком приходилось: семь километров туда, обратно, ещё и с грузом. На всю жизнь запомнила первую, принесённую похоронку: страшную бумажку, в которой жила смерть. Отдать соседке Симе я её не смогла: у неё младший мальчонка сильно приболел, все деревенские знахарки лечили, а он таял на глазах, как свечка. Я чувствовала себя фашистом, представляя, как несу эту смертную бумажку Серафиме, как буду отдавать. Решили с дядей Гришей, помощником, подождать. Вот только уже и малой Симин поправился, а похоронка всё в ящике под замком лежит…. Пока однажды, в один день после обеда я уже собиралась почту закрывать, как вдруг слышу, кто-то тяжело так по крылечку поднимается и дверь открывает.

— Саня, давай бумагу, я же чувствую, что она пришла, — потребовала Сима…

Мы потом долго на лавке сидели, молчали, но не плакали, нет. Мы это первое горе и первую смерть всей своей внутренностью переживали, до сковывающей и безысходной боли. Подходили бабы, дети, медленно ковыляли старушки. И молчали….Словно молча присоединяясь к общему горю.

Но были и радостные моменты, единение, когда приходили письма. Читали вслух, перечитывали, скупо улыбались и уходили с надеждой по домам. Так и жили, пока и меня не настигло дыхание войны….

Свою похоронку я получила через год. Утром побежала через лес, короткой дорогой в райцентр, дождь собирался, хотела успеть. Свою фамилию на знакомой бумаге увидела сразу, а потом всё как в тумане, руки сами складывали письма, ноги несли куда надо. Закинула сумку на плечо и побрела домой. Дождь уже вовсю хлестал, вставая стеной, лес плакал и стонал, молнии резали небо, а я лежала на обочине и, кажется, кричала… от боли, страха, одиночества….

Помню, уже темнело, когда я услышала шаги. Поднимаю глаза, а на меня строго так Митрофанушка мой смотрит и говорит: «Вставай, Александра, поздно уже, там тебя девочки наши ждут. Я своё отвоевал, а у тебя ещё три года войны впереди».

Я руку протягиваю, а дотянуться до солдатика своего не могу. Так и дошла до деревни, протягивая руки вперёд, будто слепая. И вот всё по кругу. Каждый день почта, после обеда работа в поле или на скотном дворе, до поздней ночи жужжание швейной машинки. Обшивала всю деревню, успевала ещё и на фронт шить, а потом с бабами посылки отправляли. От голода не пухли, за шитьё бабы съестное приносили, у кого что было. Но девчонки росли и постоянно хотели есть, летом лес выручал, зимой было хуже. Когда совсем худо было, казалось, что от тяжёлой работы сломаются кости, а от отчаяния разорвётся сердце. Тогда я протягивала вперёд руки и будто видела своего Митрофана, слышала его голос: «Вставай, Александра, твоя война ещё не закончилась».

Вот так и «воевала» я со своим Митрофаном, так войну мы и одолели.

Потом уже с девчонками съездили на Украину, где наш солдатик покоится в братской могиле. Я ему земельки из нашего сада привезла. Хорошо там, красиво, яблони цветут. И от Митрофанушки земельки взяла, под кустом сирени похоронила. Вот так он домой и вернулся.

Бабуля затихла и опять о чём-то задумалось. Я смотрела на неё и не понимала, как можно так любить, столько работать, страдать и верить? Из чего делают таких людей? Не в них ли разгадка силы и величия народа-победителя?

Господи, лишь бы не было войны!

 

Редакция kz24.news благодарит всех тех, кто присоединился к нашей акции «МЫ ПОМНИМ» и отправил нам истории о ветеранах. Их подвиги останутся в наших сердцах навсегда. Спасибо, что помогли сохранить историю и передать память о героях нашим детям и внукам.

Напоминаем, что ваши истории о ветеранах вы можете присылать на почту info@kz24.news или нашему боту в телеграм @Kz24newsBot.

Советуем посмотреть

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

События дня

Самое популярное