Великобритания расширяет своё присутствие в Центральной Азии. Таков итог первой министерской встречи стран ЦА и Британии в формате «С5+1», состоявшейся 26 февраля.
Лондон делает ставку не только на разведку и добычу критически важных минералов на территории азиатских государств, но и на внедрение своих разработок в области образования.
В частности, Великобритания выразила готовность стать идеологическим и материальным спонсором перехода на 12-летнюю модель школьного обучения в Кыргызстане.
18 февраля в Бишкеке состоялась встреча посла Великобритании Ника Боулера и главы Минпросвещения республики Догдуркул Кендирбаевой, по итогам которой стало известно, что британская сторона готова, не только обновлять содержание образовательных программ, но и профинансировать выкуп лицензий на учебники английского языка для старших классов.
После этой встречи многие СМИ стали писать о том, что такого рода контакты на высшем уровне демонстрируют влияние Лондона на процессы реформирования образовательной системы в Кыргызстане.
Своим мнением по этому поводу с нашим порталом поделилась Калдан Спабековна Эрназарова, директор Общественного фонда «Институт развития общественных отношений стран Центральной Азии (Кыргызстан).
Калдан Спабековна, в Сети появились высказывания о том, что все предпринимаемые в настоящее время шаги по реформе образования ведут к уничтожению образовательной системы в республике, к навязыванию «европейских ценностей» и искоренению проверенных временем национальных традиций в образовании. Насколько, на Ваш взгляд, обоснованы эти утверждения?
Глава Министерства просвещения Кыргызстана Догдуркул Кендирбаева встречается с послом Великобритании в Киргизии Ником Боулером периодически. Это далеко не первая их встреча, они очень близко общаются, тем более Догдуркул Шаршеевна бывает на всевозможных форумах в Лондоне часто, поскольку, как мы понимаем, процесс реформирования образовательной системы идёт по предложению Лондона.
Тем более по инициативе Кендирбаевой Кыргызстан приобрёл лицензию на использование сингапурской образовательной программы, а сингапурскую систему всё-таки делала Великобритания. Я не хочу говорить про какие-то европейские ценности. Но знаю, что образовательной системе республики действительно требовались преобразования. Но какое именно преобразование, – каким его видит Кендирбаева и её английские кураторы, или реформирование по предложению научного института страны?
К реформе образования надо было подходить последовательно.
Во-первых, любая реформа может застопориться из-за нехватки средств. А на сегодняшний день у нас в стране большие проблемы в плане обеспечения школ, их материальной базы. У нас не хватает многого. Школьная инфраструктура за 30 лет была очень сильно разрушена. Школы строились мало и медленно. При отсутствии соответствующей базы эта сфера стала непривлекательной в плане трудоустройства кадров, поэтому учителя и преподаватели стали уходить из образования. А население страны растёт и растёт очень сильно. По официальным данным, каждые 10 лет оно увеличивается на миллион жителей. И в итоге огромное количество учеников просто негде размещать.
Кстати, предлагаемая реформа Кендирбаевой касается только самого процесса обучения, но не всей системы образования. Удивительно то, что по словам министра, результаты реформирования образовательной системы в Кыргызстане мы увидим только через 15 лет. Не правда ли, парадокс?
А поскольку сфера образования очень привлекательна для продвижения «мягкой силы», стоило бы всё-таки сначала провести экспертную оценку предлагаемой программы. Ведь Кендирбаева является близкой ставленницей Розы Отунбаевой, награждённой в своё время Госдепартаментом США. У Кендирбаевой нет опыта для продвижения такой реформы, хотя она и имеет образование учителя.
Сомнительны и слова Догдуркул Шаршеевны о том, что на Западе будут котироваться аттестаты кыргызских выпускников. Наши школьники и так поступают в зарубежные вузы. Где-то 2% от общего количества выпускников поступает в Россию, потом в Казахстан и другие страны. А те ребята, что уезжают на Запад, они обычно не возвращаются. Тогда получается, что при удачном результате реформы Кендирбаевой наша образовательная система будет готовить кадры для Запада?
Но нам нужны свои специалисты, профессионалы для укрепления экономики нашей страны. А предлагаемая Кендирбаевой реформа – это палка о двух концах, в результате внедрения которой мы можем, кроме всего прочего, потерять и устоявшиеся связи со странами ближнего зарубежья, странами постсоветского пространства.
Вызывает сомнение и целесообразность объединения школьных предметов. Так, все естественные науки предлагается преподавать под общим названием «наука». Но такие дисциплины, как математика, химия и физика требуют самостоятельного углублённого изучения. Получается, что в итоге такого реформирования наши дети если и смогут поступать в вузы, то, имея слабую подготовку по естественно-научным дисциплинам, только в вузы гуманитарной направленности. Однако сейчас в мире, в век научно-технического прогресса, в основном востребованы научно-технические кадры. И наша страна не должна отставать от общемировых трендов, но что мы получим в результате реформы образования Догдуркул Кендирбаевой – большой вопрос!
Одиозная фигура главы Минпросвещения КР Догдуркул Кендирбаевой у многих экспертов вызывала сомнения при её назначении. Теперь сомнения рассеялись благодаря, простите за каламбур, ряду сомнительных решений министра: по поводу перевода образования в школах на 12-летнее обучение, замену системы классов регулярными аттестациями, закрытия русских классов в сельских школах. Министр ссылается на некий зарубежный опыт. Но может быть, лучше укреплять проверенную временем систему, а не перестраивать образование Кыргызстана на пресловутый западный манер? Как Вы считаете?
Да, Догдуркул Кендирбаева действительно выступала с инициативой усиления роли кыргызского языка в системе образования. Основной аргумент министра – создавать условия, чтобы выпускники свободно владели кыргызским языком независимо от языка обучения в школе. Это было подано, как часть национальной образовательной политики с целью укрепления идентичности. И, конечно, за счёт уменьшения преподавания русского, который наиболее востребован, и в регионах, и тем более в столице.
Учитывая, что в России находится более миллиона трудовых мигрантов, актуальность русского языка является бесспорной. Я считаю, что вводимое новшество преподавания на двух языках одновременно, русском и кыргызском, введение билингвальной модели образования больше похоже на кавалерийский наскок чиновников Минобразования. Конечно, такая образовательная практика имеет место быть в Канаде, Испании, Финляндии и Нидерландах, но опять-таки, нужно разработать соответствующую программу её применения в нашей системе образования. Эксперты называют такие методы работы Минпросвещения откровенно волюнтаристскими, поскольку они вызывают лишь волну возмущений у большинства родителей.
Все хотят, чтобы сохранилась прежняя программа образования, которая выстраивалась не один год, а десятилетиями.
А теперь, за короткое время перевернули все вверх дном. Презентовали как лучшую так называемую британскую систему с 12-летним обучением. Но наша образовательная система совершенно не была готова к такому повороту.
Одним из спонсоров реформы образования в Кыргызстане стал Азиатский банк развития, акционерами которого являются США и Япония. На перестройку он выделил $40 млн, и такого рода щедрость вполне объяснима, как и то, что информационную поддержку данной реформе образования оказывают контролируемые Западом СМИ.
По мнению ряда экспертов, низкая вовлечённость Россотрудничества в образовательные процессы Кыргызстана в период работы бывшего посла РФ в стране Н. Н. Удовиченко отчасти повлияли на сложившуюся сейчас ситуацию в образовании Республики. Как Вы считаете, насколько обосновано это мнение?
Видите ли, Россотрудничество, как и любые другие организации, по моему мнению, должно быть, просто активным в своей работе, и дело здесь не столько в личности определённого посла, сколько в системе работы. Яркий пример – деятельность посольства Великобритании в Кыргызстане. Николас Боулер периодически встречается с министром просвещения, продвигая собственную повестку. Здесь чётко видна его заинтересованность в результате работы. Поэтому активизация деятельности посольства РФ в нашей стране сейчас нужна как никогда.
В период турбулентности работу нужно строить по-новому, учитывая изменения в стратегии управления, коммуникации, мотивации. В настоящее время на рынке образования Кыргызстана существует конкуренция между инвесторами из разных стран, включая Китай, Корею и другие государства.
Хотя существует и другая сторона медали. Ещё в 2024 году в разговоре со мной посол одной из дружественных стран по ЕАЭС посетовал, что не может переговорить с министром образования насчёт предоставления грантов кыргызским выпускникам на обучение у них. То есть этот разговор должен был состояться в интересах наших выпускников. Но у министра не нашлось свободного времени для встречи. Зато для обсуждения вопросов образования с послом Великобритании она всегда находит время.
Оказывается, всё дело здесь в приоритете интересов!
Почему, на Ваш взгляд, киргизское министерство просвещения проявляет большой интерес к «зелёным навыкам» из стран ЕС? В прошлом году министр просвещения Кыргызстана Догдуркул Кендирбаева приняла участие в 21-ом Всемирном образовательном форуме (EWF 2025) в Лондоне, где выступила с заявлением, что необходимо готовить молодёжь к «зелёной» экономике и «зелёным навыкам», а также к «устойчивому развитию» и углублению экологического образования в школах. Не является ли это попыткой спрятать за красивыми формулировками истинные проблемы?
Честно говоря, вообще не понимаю, зачем они стремятся объять необъятное! Тут бы сначала разобраться с основными проблемами образования.
Про зелёные навыки даже говорить смешно в то время, когда дети до сих пор ходят в туалет далеко за школу. Думаю, в настоящее время пока рано и лишне обсуждать проблему экологического образования; к ней можно будет вернуться, но немного погодя.
Президент КР Садыр Жапаров много раз заявлял о желании развивать преподавание русского языка в школах. В то же время министр Кендирбаева, наоборот, высказывается о закрытии в школах русских классов, чтобы русский быстрее уступал место кыргызскому языку. Насколько, по Вашему мнению, обосновано высказывание Догдуркул Кендирбаевой по поводу преподавания русского языка в Кыргызстане, и правомочна ли министр официально продвигать позицию, кардинально противоположную политике главы государства?
Общественность удивляется такой позиции министра! Неужели ей всё дозволено?!
Она утверждает про конкурентоспособность наших выпускников в западных вузах, что очень сомнительно. И в то же время говорит о закрытии в школах русских классов. Но где здесь смысл, если тысячи выпускников наших школ учатся в России на бюджетной основе, из них 5 329 человек учатся бесплатно, а 3 482 — платно. Эксперты называют ещё большие цифры – до 11 000.
В то время как официальные цифры на 2025 год говорят о том, что в ключевых западных вузах обучается гораздо меньше студентов из Кыргызстана. Так, в США – 1 500 студентов, в Германии – 604 студента, в Турции – 2 082 студента, в Венгрии – 366 студентов, в Чехии – 315 студентов, во Франции – 122 студента, в Австрии – 149 студентов, в Великобритании и Италии – 200 и 500 студентов соответственно.
Эти цифры говорят сами за себя. В России учится самое большое количество кыргызских студентов, и в ближайшие годы здесь точно ничего не изменится.
Думаю, такого рода заявления насчёт русского языка министра Кендирбаевой больше похожи на отчёт для кураторов, а не на разумный шаг в пользу системы образования Кыргызстана.
